А чему удивляться? Соловьёв - классический, даже можно сказать махровый, приспособленец. Если ему заплатят, то он найдёт нужные слова, доказывая ватникам пользу и необходимость каннибализма.
Ну, шоуменство не отменяет ответственность за свои поступки. Соловьёву на всякую ответственность начхать. Законченная мразь. Какой кровью обойдётся его пропагандонство ему похер. Особь заточена на бабки. И именно благодаря таким происходит большинство преступлений против человечности.
полностью согласен. пособники "окна Овертона" - это сдельщики с дъяволом. Как бы не пыжился кто-либо, если он практикует окно Овертона - он заслуживает на огонь инквизиции.
Он не шоумен, а самый настоящий тролль, на зарплате. Интересно, сколько, лично на совести у этого бесёныша душ, которые, поддались на его пропагандонскую трепотню, и окончательно заглушив в себе остатки разума и совести, полезли "мочить хахлов" на Донбасс? Такой "соловей", вероятно, намного ограничнее смотрелся бы, раскачиваясь где-нибудь на ветке. В компании облепившего его воронья.
Грозят отдельным интернетом моей испуганной стране. Одни насмешничают: где там! Другие верят. Я — вполне. Ведь мы не первый год стремимся огородить себе дыру В которой нету экстремизма, а есть сплошное кремлин ру.
Вся наша квазисовременность, основа, стержень и зерно Таятся в слове "суверенность", читай — отдельность от всего. Мы не приемлем общих истин. Нас окружил сплошной фашист. Есть русский мир, и он воинствен. Есть русский дух, и он душист.
Тот мир, где нету Pussy Riot, а лишь церковная среда Тот мир, где власть не выбирают, а просто любят навсегда Духовно скрепный, жаропрочный, российский Иерусалим Отдельный мир с отдельной почвой, с отдельным воздухом своим
Где все скупее год от года поток дозволенных щедрот Где занял место кислорода чистейший сероводород! И как когда-то комиссары вели в отдельный кабинет Так нас, в порядке Божьей кары, введут в отдельный интернет.
Врагам заморским всех расцветок ответит пафосный изгой: У вас вон так — у нас вот этак. Мы не плохой, а мы другой. Российской сути не затронул глобальный вызов ни один. Своих физических законов мы никому не отдадим.
Влиянье Запада развеяв, мы заявляем все как есть: Любовь — удел растленных геев. Наш лозунг — ненависть и месть. Смиренный труженик — скотина, прекрасен алчный паразит. Что дышит жизнью — нам противно, но все, что гибелью грозит Для сердца нашего таит неизъяснимы наслажденья, как пишет главный наш пиит, гонимый властию с рожденья.
Отдельный свет, отдельный климат, мух суверенные рои… Пускай чужие нас покинут, зато останутся свои. Люблю я этот дух расстрельный, хотя расстрелов как бы нет О как назвать тебя, отдельный и суверенный интернет?
Тебя, властями разрешенный, бесцветный, плоский, точно жесть Всего излишнего лишенный, хотя излишне все, что есть Безмолвны правящие крабы. Я сам названье подберу: Уместно, кажется, тебя бы назвать любовно — "Крошка Ру".
Звучит, по-моему, неплохо. Прямая связь с текущим днем: Такая грозная — но кроха, такая страшная — но гном Самой себе всегда мешая, себя безбожно колотя Такая, в сущности, большая, такое, в сущности, дитя…
Ты отразишь нам так, как надо, к печали всех еще живых Россию мини или нано, страну в пределах нулевых Страну бессилия и гнева, доносных жалоб и телег Где шаг направо и налево уже считается побег.
И мужикам, и местным бабам страшна и тягостна она Зато впервые по масштабам своим начальникам равна.
![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
no subject
no subject
Соловьёв - классический, даже можно сказать махровый, приспособленец.
Если ему заплатят, то он найдёт нужные слова, доказывая ватникам пользу и необходимость каннибализма.
no subject
no subject
Соловьёву на всякую ответственность начхать. Законченная мразь. Какой кровью обойдётся его пропагандонство ему похер. Особь заточена на бабки. И именно благодаря таким происходит большинство преступлений против человечности.
no subject
Как бы не пыжился кто-либо, если он практикует окно Овертона - он заслуживает на огонь инквизиции.
no subject
Такой "соловей", вероятно, намного ограничнее смотрелся бы, раскачиваясь где-нибудь на ветке. В компании облепившего его воронья.
no subject
Грозят отдельным интернетом моей испуганной стране.
Одни насмешничают: где там! Другие верят. Я — вполне.
Ведь мы не первый год стремимся огородить себе дыру
В которой нету экстремизма, а есть сплошное кремлин ру.
Вся наша квазисовременность, основа, стержень и зерно
Таятся в слове "суверенность", читай — отдельность от всего.
Мы не приемлем общих истин. Нас окружил сплошной фашист.
Есть русский мир, и он воинствен. Есть русский дух, и он душист.
Тот мир, где нету Pussy Riot, а лишь церковная среда
Тот мир, где власть не выбирают, а просто любят навсегда
Духовно скрепный, жаропрочный, российский Иерусалим
Отдельный мир с отдельной почвой, с отдельным воздухом своим
Где все скупее год от года поток дозволенных щедрот
Где занял место кислорода чистейший сероводород!
И как когда-то комиссары вели в отдельный кабинет
Так нас, в порядке Божьей кары, введут в отдельный интернет.
Врагам заморским всех расцветок ответит пафосный изгой:
У вас вон так — у нас вот этак. Мы не плохой, а мы другой.
Российской сути не затронул глобальный вызов ни один.
Своих физических законов мы никому не отдадим.
Влиянье Запада развеяв, мы заявляем все как есть:
Любовь — удел растленных геев. Наш лозунг — ненависть и месть.
Смиренный труженик — скотина, прекрасен алчный паразит.
Что дышит жизнью — нам противно, но все, что гибелью грозит
Для сердца нашего таит неизъяснимы наслажденья, как пишет главный наш пиит, гонимый властию с рожденья.
Отдельный свет, отдельный климат, мух суверенные рои…
Пускай чужие нас покинут, зато останутся свои.
Люблю я этот дух расстрельный, хотя расстрелов как бы нет
О как назвать тебя, отдельный и суверенный интернет?
Тебя, властями разрешенный, бесцветный, плоский, точно жесть
Всего излишнего лишенный, хотя излишне все, что есть
Безмолвны правящие крабы. Я сам названье подберу:
Уместно, кажется, тебя бы назвать любовно — "Крошка Ру".
Звучит, по-моему, неплохо. Прямая связь с текущим днем:
Такая грозная — но кроха, такая страшная — но гном
Самой себе всегда мешая, себя безбожно колотя
Такая, в сущности, большая, такое, в сущности, дитя…
Ты отразишь нам так, как надо, к печали всех еще живых
Россию мини или нано, страну в пределах нулевых
Страну бессилия и гнева, доносных жалоб и телег
Где шаг направо и налево уже считается побег.
И мужикам, и местным бабам страшна и тягостна она
Зато впервые по масштабам своим начальникам равна.