![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
Entry tags:
Всего-то сто лет назад...
Отличный исторический диптих на тему начала Первой мировой войны. Фрагмент
========
Для России тех времен огромное значение имела идея панславизма. Наша страна, как самая большая и сильная славянская держава, брала на себя защиту малых славянских народов, страдавших под игом Османской и Австро-Венгерской империй. Соответственно, врагами стали две империи, которые необходимо было разрушить ради свободы "братушек".
Сама по себе идея освобождения славян не была новой. Мысль о том, чтобы захватить Константинополь, а "по дороге" помочь страдавшим от турок народам, в российских элитах лелеяли с XVII века, если не раньше. Но вплоть до эпохи Великих реформ борьба с Османской империей была делом элит, а не народа. При матушке Екатерине, например, у турок оттяпали огромные земли, но никакого народного энтузиазма это не вызвало. Таврида нужна была князю Потемкину, ставшему Потемкиным-Таврическим, но не простому мужичку, пахавшему землю в своей деревне и ничего толком не знавшему о басурманах.
Совсем иначе обстояло дело во время русско-турецкой войны 1877-1878 гг. Она впервые действительно вдохновила население русских городов. Сам Достоевский активно агитировал за войну в "Дневнике писателя", на страницах которого война превращалась из кровавого дела в благородное.
Борьба с Австро-Венгрией в 1914 г., согласно логике панславизма, стала продолжением борьбы с Османской державой за свободу братьев по крови, страдающих от деспотии. В первые месяцы этой войны действия царя сопровождались волной народного энтузиазма. Экономический подъем и урбанизация за пару предвоенных десятилетий существенно расширили ряды рабочего класса, и благодаря этому мысль о борьбе со страшными врагами за славянское братство проникла в самые низы общества. Если неграмотный крестьянин, живущий в российской глубинке, по-прежнему оставался далек от геополитических проблем, то пролетарий, живущий в городе и помаленьку осваивавший грамоту, мог уже влиться в огромную массу людей, приветствовавших борьбу за великую идею.
В общем, Первая мировая поначалу вызвала в России искренний моральный подъем, сплачивавший народ и, соответственно, укреплявший державу, порядком разбалансированную марксистской пропагандой и революцией 1905 г. Панславизм и маленькая победоносная война были лучшим способом притушить на время классовые конфликты и перенести тяжесть растущей ненависти униженных и оскорбленных пролетариев с внутреннего врага на внешнего.
В принципе, сильная власть, понимающая опасности мировой войны, могла бы удержаться от участия в балканском конфликте. Но российская власть в тот момент была слабой. Ее подкосили поражение в войне с Японией, революция 1905 г., распутинщина, непопулярность самодержавия и личная непопулярность Николая II. Соблазн укрепить свои позиции был необычайно велик. Тем более, что дело спасения маленькой, но гордой Сербии, представлялось весьма благородным. А прогнившая Австро-Венгрия отнюдь не представлялась столь уже серьезным противником.
...
Немцы полагали, будто западная цивилизация представляет собой мир чистогана, эксплуатации и бездуховности. Она задыхается от противоречий, возникающих между трудом и капиталом. В ней нет таких выдающихся достижений культуры, какими отличается Германия. Да и управляются западные страны неправильно. Германская патерналистская система значительно лучше, чем сложившаяся на Западе демократия. В демократических странах люди разобщены, тогда как нужно, чтобы власть заботилась о народе, поддерживала слабых, собирала народ в единый большой кулак.
Западной цивилизации немцы противопоставляли германскую культуру. Если для нас "цивилизация" и "культура" – близкие по смыслу слова, то немцы столетней давности вкладывали в них прямо противоположный смысл, причем немецкие интеллектуалы постоянно подчеркивали это различие. Словом, простые люди, желавшие сплотиться вокруг своего кайзера, и духовные вожди нации, стремившиеся возвеличить германскую культуру, были заодно. Немцы хотели создать светлый и правильный мир, в котором не будет проблем, характерных для капиталистических демократий Запада. Именно в Германии под руководством "железного канцлера" Отто фон Бисмарка возникли первые система социального страхования рабочих. И хотя в целом уровень жизни немецких пролетариев был явно ниже уровня жизни английских трудящихся, социальное страхование создавало иллюзию, будто бы кайзер и капиталисты заботятся о простом народе.
http://www.rosbalt.ru/blogs/2014/03/23/1247076.html
========
Для России тех времен огромное значение имела идея панславизма. Наша страна, как самая большая и сильная славянская держава, брала на себя защиту малых славянских народов, страдавших под игом Османской и Австро-Венгерской империй. Соответственно, врагами стали две империи, которые необходимо было разрушить ради свободы "братушек".
Сама по себе идея освобождения славян не была новой. Мысль о том, чтобы захватить Константинополь, а "по дороге" помочь страдавшим от турок народам, в российских элитах лелеяли с XVII века, если не раньше. Но вплоть до эпохи Великих реформ борьба с Османской империей была делом элит, а не народа. При матушке Екатерине, например, у турок оттяпали огромные земли, но никакого народного энтузиазма это не вызвало. Таврида нужна была князю Потемкину, ставшему Потемкиным-Таврическим, но не простому мужичку, пахавшему землю в своей деревне и ничего толком не знавшему о басурманах.
Совсем иначе обстояло дело во время русско-турецкой войны 1877-1878 гг. Она впервые действительно вдохновила население русских городов. Сам Достоевский активно агитировал за войну в "Дневнике писателя", на страницах которого война превращалась из кровавого дела в благородное.
Борьба с Австро-Венгрией в 1914 г., согласно логике панславизма, стала продолжением борьбы с Османской державой за свободу братьев по крови, страдающих от деспотии. В первые месяцы этой войны действия царя сопровождались волной народного энтузиазма. Экономический подъем и урбанизация за пару предвоенных десятилетий существенно расширили ряды рабочего класса, и благодаря этому мысль о борьбе со страшными врагами за славянское братство проникла в самые низы общества. Если неграмотный крестьянин, живущий в российской глубинке, по-прежнему оставался далек от геополитических проблем, то пролетарий, живущий в городе и помаленьку осваивавший грамоту, мог уже влиться в огромную массу людей, приветствовавших борьбу за великую идею.
В общем, Первая мировая поначалу вызвала в России искренний моральный подъем, сплачивавший народ и, соответственно, укреплявший державу, порядком разбалансированную марксистской пропагандой и революцией 1905 г. Панславизм и маленькая победоносная война были лучшим способом притушить на время классовые конфликты и перенести тяжесть растущей ненависти униженных и оскорбленных пролетариев с внутреннего врага на внешнего.
В принципе, сильная власть, понимающая опасности мировой войны, могла бы удержаться от участия в балканском конфликте. Но российская власть в тот момент была слабой. Ее подкосили поражение в войне с Японией, революция 1905 г., распутинщина, непопулярность самодержавия и личная непопулярность Николая II. Соблазн укрепить свои позиции был необычайно велик. Тем более, что дело спасения маленькой, но гордой Сербии, представлялось весьма благородным. А прогнившая Австро-Венгрия отнюдь не представлялась столь уже серьезным противником.
...
Немцы полагали, будто западная цивилизация представляет собой мир чистогана, эксплуатации и бездуховности. Она задыхается от противоречий, возникающих между трудом и капиталом. В ней нет таких выдающихся достижений культуры, какими отличается Германия. Да и управляются западные страны неправильно. Германская патерналистская система значительно лучше, чем сложившаяся на Западе демократия. В демократических странах люди разобщены, тогда как нужно, чтобы власть заботилась о народе, поддерживала слабых, собирала народ в единый большой кулак.
Западной цивилизации немцы противопоставляли германскую культуру. Если для нас "цивилизация" и "культура" – близкие по смыслу слова, то немцы столетней давности вкладывали в них прямо противоположный смысл, причем немецкие интеллектуалы постоянно подчеркивали это различие. Словом, простые люди, желавшие сплотиться вокруг своего кайзера, и духовные вожди нации, стремившиеся возвеличить германскую культуру, были заодно. Немцы хотели создать светлый и правильный мир, в котором не будет проблем, характерных для капиталистических демократий Запада. Именно в Германии под руководством "железного канцлера" Отто фон Бисмарка возникли первые система социального страхования рабочих. И хотя в целом уровень жизни немецких пролетариев был явно ниже уровня жизни английских трудящихся, социальное страхование создавало иллюзию, будто бы кайзер и капиталисты заботятся о простом народе.
http://www.rosbalt.ru/blogs/2014/03/23/1247076.html