bell_mess | (no subject)

Это мы сегодня знаем, мол, вот, началась война 22-го, так мол и так, потому-то и потому-то...

События, кажущиеся потомкам грандиозными, для современников будничные в общем-то. Да и потом все было буднично. Потому что нужно было, во-первых, выжить, а во-вторых, если и помереть, то недаром.

Потому и героики особой в воспоминаниях фронтовиков не найдете...

В ночь на 22 июня на наблюдательном пункте нарушилась связь с командованием дивизиона. По инструкции мы были обязаны немедленно выйти на линию связи искать место повреждения. Два человека тут же пошли к Белоострову и до двух ночи занимались проверкой. Они вернулись около пяти утра и сказали, что наша линия в порядке. Следовательно, авария случилась за рекой на другом участке.

Наступило утро. Мы спокойно позавтракали. По случаю воскресенья с Боруновым, взяв трехлитровый бидон, пошли на станцию покупать для всех пива. Подходим к станции, а нас останавливает пожилой мужчина и спрашивает:

- Товарищи военные, правду говорят, что война началась?

- От вас первого слышим,- спокойно отвечаем мы.- Никакой войны нет. Видите - за пивом идем. Какая уж тут война! - сказали мы и улыбнулись.

Прошли еще немного. Нас снова остановили:

- Что, верно война началась?

- Да откуда вы взяли?-забеспокоились мы.

Что такое? Все говорят о войне, а мы спокойно идем за пивом. На станции увидели людей с растерянными лицами, стоявших около столба с громкоговорителем. Они слушали выступление Молотова.

Как только до нас дошло, что началась война, мы побежали на наблюдательный пункт.

Любопытная подробность. Ночью связь была прервана. А когда она снова заработала, то шли обычные разговоры: "Ахтырка", "Ахтырка". Не видите ли вражеские самолеты? ("Ахтырка"-наши позывные.) Так продолжалось почти три часа. Мы про себя подумали. "Неужели с утра в воскресный день началось очередное учение?" Нас без конца спрашивали: "Ахтырка"! Доложите обстановку..."

Прибегаем совершенно мокрыми на наблюдательный пункт и видим сидящего на крыльце дома сержанта Крапивина. Он спокойно курил. Заметив нас, спросил:

- Ну, где пиво?

- Какое пиво?! Война началась! - ошарашили мы его.

- Как? - переспросил Крапивин и кинулся к телефону.

Да, в нашем доме никто о войне ничего не знал: ни военные, ни гражданские. Эту весть принесли мы.

По телефону нам приказали: "Ахтырка"! Усилить наблюдение!"

Этого могли и не говорить. Мы и так все сидели с биноклями на вышке и вели наблюдение, ожидая дальнейших событий.
Ю.В. Никулин, "Почти серьезно", гл. "Семь долгих лет"

А вот чтобы понять, ощутить холодок этой жуткой обыденности, поезжайте в Брест. В Крепость. И обязательно побывайте в музее...