![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
Entry tags:
Какие-то странные у славян защитнички...
Хотя почему странные? Ваш покорный слуга не так давно отлил в граните Вазген Авагян, Андраник Мигранян, Сергей Кургинян, Маргарита Симоньян, Леван Арзуманян, Артем Акопян, Лусинэ Бадалян, Анатолий Вассерман, Лев Вершинин, Лекс Кравецкий и примкнувший к ним Роман Носиков - ба, да все русские люди, все, как на подбор, скифы!
no subject
Лет 50 назад у пастухов было принято принимать славянские псевдонимы, ну для благозвучности и приятственности стада, но сейчас видимо решили не заморачиваться. Народ должен знать своих героев :-)
no subject
Какие кацапы славяне - такие у них и защитники
no subject
no subject
no subject
no subject
no subject
Русским с их естественным величием наскоки русофобов представляются слишком уж мерзкими и постыдными, чтобы их замечать и на них это реагировать.
no subject
no subject
(Продолжение)
Я уже писал в своих произведениях по национальному вопросу, что никуда не годится абстрактная постановка вопроса о национализме вообще. Необходимо отличать
359
национализм нации угнетающей и национализм нации угнетённой, национализм большой нации и национализм нации маленькой.
По отношению ко второму национализму почти всегда в исторической практике мы, националы большой нации, оказываемся виноватыми в бесконечном количестве насилия, и даже больше того - незаметно для себя совершаем бесконечное количество насилий и оскорблений, - стоит только припомнить мои волжские воспоминания о том, как у нас третируют инородцев, как поляка не называют иначе, как «полячишкой», как татарина не высмеивают иначе, как «князь», украинца иначе, как «хохол», грузина и других кавказских инородцев, - как «капказский человек».
Поэтому интернационализм со стороны угнетающей или так называемой «великой» нации (хотя великой только своими насилиями, великой только так, как велик держиморда) должен состоять не только в соблюдении формального равенства наций, но и в таком неравенстве, которое возмещало бы со стороны нации угнетающей, нации большой, то неравенство, которое складывается в жизни фактически. Кто не понял этого, тот не понял действительно пролетарского отношения к национальному вопросу, тот остался, в сущности, на точке зрения мелкобуржуазной и поэтому не может не скатываться ежеминутно к буржуазной точке зрения.
Что важно для пролетария? Для пролетария не только важно, но и существенно необходимо обеспечить его максимумом доверия в пролетарской классовой борьбе со стороны инородцев. Что нужно для этого? Для этого нужно не только формальное равенство. Для этого нужно возместить так или иначе своим обращением или своими уступками по отношению к инородцу то недоверие, ту подозрительность, те обиды, которые в историческом прошлом нанесены ему правительством «великодержавной» нации.
Я думаю, что для большевиков, для коммунистов разъяснять это дальше и подробно не приходится. И я думаю, что в данном случае, по отношению к грузинской нации, мы имеем типичный пример того, где
360
сугубая осторожность, предупредительность и уступчивость требуются с нашей стороны поистине пролетарским отношением к делу. Тот грузин, который пренебрежительно относится к этой стороне дела, пренебрежительно швыряется обвинением в «социал-национализме» (тогда как он сам является настоящим и истинным не только «социал-националом», но и грубым великорусским держимордой), тот грузин, в сущности, нарушает интересы пролетарской классовой солидарности, потому что ничто так не задерживает развития и упроченности пролетарской классовой солидарности, как национальная несправедливость, и ни к чему так не чутки «обиженные» националы, как к чувству равенства и к нарушению этого равенства, хотя бы даже по небрежности, хотя бы даже в виде шутки, к нарушению этого равенства своими товарищами пролетариями. Вот почему в данном случае лучше пересолить в сторону уступчивости и мягкости к национальным меньшинствам, чем недосолить. Вот почему в данном случае коренной интерес пролетарской солидарности, а следовательно и пролетарской классовой борьбы, требует, чтобы мы никогда не относились формально к национальному вопросу, а всегда учитывали обязательную разницу в отношении пролетария нации угнетённой (или малой) к нации угнетающей (или большой).
Ленин
Записано М.В.
31.XII.22 г.
no subject
Продолжение записок
31 декабря 1922 г.
Какие же практические меры следует предпринять при создавшемся положении?
Во-первых, следует оставить и укрепить союз социалистических республик; об этой мере не может быть сомнения. Она нам нужна, как нужна всемирному коммунистическому пролетариату для борьбы с всемирной буржуазией и для защиты от её интриг.
361
Во-вторых, нужно оставить союз социалистических республик в отношении дипломатического аппарата. Кстати сказать, этот аппарат исключительный в составе нашего государственного аппарата. В него мы не допускали ни одного человека сколько-нибудь влиятельного из старого царского аппарата. В нём весь аппарат сколько-нибудь авторитетный составился из коммунистов. Поэтому этот аппарат уже завоевал себе (можно сказать это смело) название проверенного коммунистического аппарата, очищенного несравненно, неизмеримо в большей степени от старого царского, буржуазного и мелкобуржуазного аппарата, чем тот, которым мы вынуждены пробавляться в остальных наркоматах.
В-третьих, нужно примерно наказать тов. Орджоникидзе (говорю это с тем большим сожалением, что лично принадлежу к числу его друзей и работал с ним за границей в эмиграции), а также доследовать или расследовать вновь все материалы комиссии Дзержинского на предмет исправления той громадной массы неправильностей и пристрастных суждений, которые там несомненно имеются. Политически-ответственными за всю эту поистине великорусско-националистическую кампанию следует сделать, конечно, Сталина и Дзержинского.
В-четвёртых, надо ввести строжайшие правила относительно употребления национального языка в инонациональных республиках, входящих в наш союз, и проверить эти правила особенно тщательно. Нет сомнения, что под предлогом единства железнодорожной службы, под предлогом единства фискального и т.п. у нас, при современном нашем аппарате, будет проникать масса злоупотреблений истинно русского свойства. Для борьбы с этими злоупотреблениями необходима особая изобретательность, не говоря уже об особой искренности тех, которые за такую борьбу возьмутся. Тут потребуется детальный кодекс, который могут составить сколько-нибудь успешно только националы, живущие в данной республике. Причём не следует зарекаться заранее никоим образом от того, чтобы в результате всей этой работы вернуться на следующем съезде Советов назад, т.е. оставить союз советских
no subject
социалистических республик лишь в отношении военном и дипломатическом, а во всех других отношениях восстановить полную самостоятельность отдельных наркоматов.
Надо иметь в виду, что дробление наркоматов и несогласованность между их работой в отношении Москвы и других центров может быть парализовано достаточно партийным авторитетом, если он будет применяться со сколько-нибудь достаточной осмотрительностью и беспристрастностью; вред, который может проистечь для нашего государства от отсутствия объединённых аппаратов национальных с аппаратом русским, неизмеримо меньше, бесконечно меньше, чем тот вред, который проистечет не только для нас, но и для всего Интернационала, для сотен миллионов народов Азии, которой предстоит выступить на исторической авансцене в ближайшем будущем, вслед за нами. Было бы непростительным оппортунизмом, если бы мы накануне этого выступления Востока и в начале его пробуждения подрывали свой авторитет среди него малейшей хотя бы грубостью и несправедливостью по отношению к нашим собственным инородцам. Одно дело необходимость сплочения против империалистов Запада, защищающих капиталистический мир. Тут не может быть сомнений, и мне излишне говорить о том, что я безусловно одобряю эти меры. Другое дело, когда мы сами попадаем, хотя бы даже в мелочах, в империалистские отношения к угнетаемым народностям, подрывая этим совершенно всю свою принципиальную искренность, всю свою принципиальную защиту борьбы с империализмом. А завтрашний день во всемирной истории будет именно таким днём, когда окончательно проснутся пробуждённые угнетённые империализмом народы и когда начнётся решительный долгий и тяжёлый бой за их освобождение.
Ленин
31.XII.22 г.
Записано М.В.
Впервые напечатано в 1956 г. Печатается по записи секретаря
в журнале «Коммунист» №9 (машинописный экземпляр)
Источник: В.И. Ленин, ПСС, издание 5-е, т. 45, стр. 356-362
no subject
(Люксембург Роза. Рукопись о русской революции // Вопросы истории. 1990. № 2. С. 22-23.)
no subject
Что же касается Розы Люксембург, то тут ни убавить, ни прибавить, она большущий специалист в украинской проблематике, да... Осталось тогда только выяснить: а как из "кривляния нескольких десятков мелкобуржуазных интеллигентиков" выросли Центральная Рада и Директория, год воевавшая на два фронта? Как в эту гипотезу уместить львовский Листопадовый Чин и украинско-польскую войну, продлившуюся аж до конца сороковых годов и закончившуюся волынской трагедией и операцией "Висла"? Я уж не говорю о Карпатской Украине, против которой, кстати говоря, под триколором воевали так называемые "русские" чернорубашечники вместе с венгерскими гонведами...
no subject
no subject
Для чего СССР содержал Коминтерн? Или в Испании воевали под православными хоругвями, а?
no subject
no subject
Теперь по Коминтерну. Ничего там сложного нет. СССР с точки зрения партийцев был плацдармом мировой революции, это никто не скрывал. Ее неуспех в восемнадцатом - двадцатом годах рассматривался как временное поражение; Вторая мировая война рассматривалась коммунистами как продолжение мировой революции. Потому Коминтерн предписывал французским коммунистам с началом войны всячески препятствовать мобилизационным мероприятиям, члены парламента должны были голосовать против мобилизации и ассигнований на оборону, что они и делали. Тем самым спровоцировав против себя аресты и репрессии.
Коминтерн рассматривался как координационный центр мирового коммунистического движения. Все компартии были секциями Коминтерна, Коминтерн рассылал секциям свои руководящие указания, предоставлял немаленькие материальные средства и так далее. Его открыто именовали "штабом Мировой Революции".
Закрыт он был в сорок третьем году по требованию Черчилля, который намекнул Сталину: мол, нехорошо союзнику содержать подрывной центр.