![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
В комментариях товарищи подбросили.
АБХАЗСКИЙ ДЕБОШ
Один наш госчиновник, еще таящий в сердце боль за Родину, сказал мне не под протокол: «У России исключительный талант делать из своих друзей врагов. В 90-е я работал в Грузии, и если поначалу стоило зайти в ресторан, грузины посылали мне, как русскому, бутылку хванчкары, то через 6 лет уже готовы были растерзать на части. То же самое повторяется сейчас в Абхазии».
И точно: после того как мы подарили независимость этой некогда самой преданной союзнице, она вконец поворотилась задом к нам. О том, как вдохновленные российской помощью абхазы стали там вышвыривать русских из их домов, уже не раз писали наши СМИ – но наша власть глуха на все эти «вопли снизу». Сперва она 10 лет не слышала стонов загнанной в блокадное кольцо Абхазии; потом пошла спасать ее так, что среди местных зазвучало: лучше б не спасала!
Когда абхазские вожди, попавшие из грязи в князи нашей шальной милостью, убедились, что никакие издевательства над русскими ее не сокращают, они стали терять совесть на глазах. А заодно – и всякий вкус к труду, без чего любая нация в конце концов обречена. Обкупившись за наш счет дорогущими авто, которых в Сухуме сейчас больше, чем в любой точке России, стали безумным образом плевать в колодец, из которого сосут и пьют.
Геннадий Никитченко – личность легендарная в Абхазии. Он одним из первых встал на ее защиту во время грузино-абхазской войны и повел в бой против захватчиков интернациональные отряды местных жителей. За это в свое время получил высший республиканский орден Леона и звание Героя Абхазии.
Затем в роли Председателя конгресса русских общин проявил не меньший героизм, наводя сквозь тьму преград связь непризнанной республики с Россией. В 2002-м его стараниями всей Абхазии было дано российское гражданство, что по сути спасло ее от гибели. Но когда начались гонения на русских, выступил против этого так же решительно, как раньше защищал Абхазию – чем вызвал самый неблагодарный огонь на себя.
( И все, кто здесь живет каким-то хоть трудом, в один голос твердят: Россия не должна швырять просто так деньги в Абхазию, они не спасают ее, а убивают! Пусть, если хочет нам помочь, сама платит за дороги, коммуникации – которые в Сухуме уже почти сдохли: вода идет не больше часа в сутки и не доходит даже до второго этажа. При всем этом как-то крайне несолидно выглядит роль нашего посла в Абхазии. При выходящих за грань всякого приличия антироссийских выпадах абхазских этнократов он выступает словно не на нашей службе, а на подсосе у зарвавшихся орлов. «На вечере романса Семен Григорьев исполнил песню «Последний бой» из кинофильма «Освобождение». «А я в Россию, домой, хочу, я так давно не видел маму», – спел посол и в конце добавил: «А на самом деле я в Россию не тороплюсь!» Так сладко светится он в местной светской хронике – еще и спляшет на потеху тех, кому поет! Посол – это лицо России, должен держаться если не с надменностью статуи, то и без того панибратства, что местными воспринимается как приглашение съездить в нашу морду. Если таких простых вещей ему не объяснили в нашем МИДе, о каких более сложных политических маневрах, защите наших соплеменников и интересов может идти речь? Тот же лидер всего двухсот местных кабардинцев говорит: за мной 2 тысячи своих в Кабарде, они за меня встанут, если что, поэтому меня никто не смеет тронуть. Самым крупным русским предпринимателем в Абхазии был Игорь Варов, открывший в Гаграх супермаркет «Континент». Но местные отняли его бизнес тотчас, как стал давать прибыль – а самого посадили за решетку за сопротивление отъемщикам. И то, что стоящие за ним 80 миллионов русских не встанут за него ни при какой погоде – и есть наш национальный крах. )
АБХАЗСКИЙ ДЕБОШ
Абхазия обкакалась в свои национальные штанишки, мы – в свои
Один наш госчиновник, еще таящий в сердце боль за Родину, сказал мне не под протокол: «У России исключительный талант делать из своих друзей врагов. В 90-е я работал в Грузии, и если поначалу стоило зайти в ресторан, грузины посылали мне, как русскому, бутылку хванчкары, то через 6 лет уже готовы были растерзать на части. То же самое повторяется сейчас в Абхазии».
И точно: после того как мы подарили независимость этой некогда самой преданной союзнице, она вконец поворотилась задом к нам. О том, как вдохновленные российской помощью абхазы стали там вышвыривать русских из их домов, уже не раз писали наши СМИ – но наша власть глуха на все эти «вопли снизу». Сперва она 10 лет не слышала стонов загнанной в блокадное кольцо Абхазии; потом пошла спасать ее так, что среди местных зазвучало: лучше б не спасала!
Когда абхазские вожди, попавшие из грязи в князи нашей шальной милостью, убедились, что никакие издевательства над русскими ее не сокращают, они стали терять совесть на глазах. А заодно – и всякий вкус к труду, без чего любая нация в конце концов обречена. Обкупившись за наш счет дорогущими авто, которых в Сухуме сейчас больше, чем в любой точке России, стали безумным образом плевать в колодец, из которого сосут и пьют.
Геннадий Никитченко – личность легендарная в Абхазии. Он одним из первых встал на ее защиту во время грузино-абхазской войны и повел в бой против захватчиков интернациональные отряды местных жителей. За это в свое время получил высший республиканский орден Леона и звание Героя Абхазии.
Затем в роли Председателя конгресса русских общин проявил не меньший героизм, наводя сквозь тьму преград связь непризнанной республики с Россией. В 2002-м его стараниями всей Абхазии было дано российское гражданство, что по сути спасло ее от гибели. Но когда начались гонения на русских, выступил против этого так же решительно, как раньше защищал Абхазию – чем вызвал самый неблагодарный огонь на себя.
( И все, кто здесь живет каким-то хоть трудом, в один голос твердят: Россия не должна швырять просто так деньги в Абхазию, они не спасают ее, а убивают! Пусть, если хочет нам помочь, сама платит за дороги, коммуникации – которые в Сухуме уже почти сдохли: вода идет не больше часа в сутки и не доходит даже до второго этажа. При всем этом как-то крайне несолидно выглядит роль нашего посла в Абхазии. При выходящих за грань всякого приличия антироссийских выпадах абхазских этнократов он выступает словно не на нашей службе, а на подсосе у зарвавшихся орлов. «На вечере романса Семен Григорьев исполнил песню «Последний бой» из кинофильма «Освобождение». «А я в Россию, домой, хочу, я так давно не видел маму», – спел посол и в конце добавил: «А на самом деле я в Россию не тороплюсь!» Так сладко светится он в местной светской хронике – еще и спляшет на потеху тех, кому поет! Посол – это лицо России, должен держаться если не с надменностью статуи, то и без того панибратства, что местными воспринимается как приглашение съездить в нашу морду. Если таких простых вещей ему не объяснили в нашем МИДе, о каких более сложных политических маневрах, защите наших соплеменников и интересов может идти речь? Тот же лидер всего двухсот местных кабардинцев говорит: за мной 2 тысячи своих в Кабарде, они за меня встанут, если что, поэтому меня никто не смеет тронуть. Самым крупным русским предпринимателем в Абхазии был Игорь Варов, открывший в Гаграх супермаркет «Континент». Но местные отняли его бизнес тотчас, как стал давать прибыль – а самого посадили за решетку за сопротивление отъемщикам. И то, что стоящие за ним 80 миллионов русских не встанут за него ни при какой погоде – и есть наш национальный крах. )
На поездку в Украину поцреархов РуССкого Міра без омерзения смотреть невозможно. Мерзость начинается еще с Москвы, с построения православных иерархов на перроне зачищенного охраной вокзала перед наноправославным бронепоездом, продолжается 
