Jun. 21st, 2014
Даунецк как он есть
Jun. 21st, 2014 04:23 pmСергей Гармаш @s_garmash 1 ч.
Террористы в Донецке решили, что в гостинице "Нива", возле Калининского рынка живут "правосеки". Гостиницу расстреляли, рынок разбежался
http://goo.gl/OToqb8

Террористы в Донецке решили, что в гостинице "Нива", возле Калининского рынка живут "правосеки". Гостиницу расстреляли, рынок разбежался
http://goo.gl/OToqb8

Расистский парадокс Расистской Федерации
Jun. 21st, 2014 06:00 pmКак известно, Расистская Федерация и ее Президент Путин являются самыми последовательными борцами с нацизмом на планете. Но почему-то футбольные болельщики данной страны регулярно палятся с нацистскими баннерами.
Парадокс...
Парадокс...
В этом сюжете меня поразило то, что каждая клетушка подключена к спутнику. Это очень важно: именно через телекраны в мозжечки этим несчастным вбивается догма о "величии страны", о подлых янки, мечтающих завоевать островок земного рая по имени Россия, о мудрости Большого Брата Путина, и так далее, и так далее, и так далее...
( Послесловие )
( Послесловие )
История эта произошла в сонном приморском городке, когда за случайным ужином я оказался за одним столом с приятелями приятелей, малознакомыми мне людьми, казалось, все свое свободное время проводивших не на побережье, а у телевизора – конечно, российского, какого же еще, других телевизоров не бывает.Собеседники рассказывали мне об ужасах украинского фашизма, “Правом секторе”, охотящемся за евреями, и о том, что Украина скоро рассыплется и вообще это Россия, а украинцев выдумали американцы, чтобы насолить Путину. Спорить не хотелось, хотелось закончить ужин поскорее. Я вяло заметил собеседникам, что сам живу в Киеве, с фашистами не сталкивался, “Правый сектор” за мной не охотился, хоть я и еврей, а знаменитого Яроша я видел один раз в жизни, хоть вроде бы занимаюсь не рукоделием, а политической журналистикой.
Глава семейства, пожилой обрюзгший человек, смотревший на угасавший закат уставшим взглядом человека, понимающего в этой жизни все, что разрешило понять начальство, тоже не был настроен на конфликт. Он потянулся ко мне с бокалом.
– Да ладно тебе заливать, хохол! Давай лучше выпьем!
Я остолбенел. Впервые почти за прожитых мною полвека меня восприняли как этнического украинца – и это при том, что я только что объяснил этому самодовольному, не желающему ничего знать в жизни, кроме количества украденных денег, человеку, что я – еврей. Еврей. Жид, не хохол. Собственно, жидом он бы меня вот так, за общим столом не назвал бы – да, здесь половина могла быть в антисемитах, но в приличном обществе как-то не очень принято, о евреях в привычных выражениях теперь у нас говорят только после того, как они покидают застолье. А вот хохлом – запросто. И никто даже бровью не повел.
Так я впервые ощутил, что на самом деле чувствует украинец, когда случайный – или неслучайный – знакомый походя оскорбляет его, потому что даже не способен понять, что с презрением относится и к человеку, и к целому народу. Это презрение, как яд, разлито по России – и им больны почти все, от Путина, который прилюдно, на Петербургском экономическом форуме называет “хохлом” своего дружбана Тимченко – и до моего приморского собеседника.
( И этот яд опаснее любого антисемитизма или по ненависти по отношению к кавказцам, или ксенофобии к гастарбайтерам из Центральной Азии – ненависти и ксенофобии, ставшей сутью существования русского народа в последние десятилетия. )


